Главная --> Публикации --> Своевременное предупреждение Каким будет кожухово Очевидное, но невероятное? Закон об обратной ипотеке еще не принят, но страсти вокруг него уже разгорелись По собственному нежеланию

Виталий Вульф, телеведущий:
Лично я считаю стройкой года в Москве начало строительства Четвертого транспортного кольца. Вы же видите, как город задыхается от автомобилей, как он нуждается в новых трассах и развязках. Во всех столицах мира власти так или иначе находят транспортные решения, которые помогают решать проблему пробок. Я сам за рулем, поэтому для меня это насущный вопрос. Машины в большом городе будут всегда, их количество не уменьшится, а будет только расти. Поэтому без Четвертого кольца нам не обойтись. Прежде всего, по-моему, надо решать проблемы первостепенные, а потом уже строить усадьбы и небоскребы. Людям в городе должно быть комфортно.

Новостройками Москву не удивишь: архитектурный бум для столицы - вещь привычная. Тем не менее Город решил уточнить, какие из новых приобретений уходящего года показались москвичам самыми значимыми. Наш корреспондент Мария Кучма спросила у наших звезд, какую московскую стройку, по их мнению, можно назвать стройкой года.

Еще одна стройка года лично для меня - это театр Петра Фоменко. Я еще не была в новом здании, но с нетерпением жду их премьеры, которая должна состояться в декабре. И хотелось бы, чтобы деревья в Москве не вырубались. Понятно, что сегодня все решают деньги, но ведь людям хочется жить в чистом, зеленом городе, а не среди бетонных стен.

Клара Новикова, артистка:
Я считаю, что стройкой года можно назвать то строительство, которое приносит жителям столицы какую-то культурную радость. Замечательно, что наконец-то восстановили усадьбу Царицыно. Фантастический парк, прекрасные дворцы, фонтаны... Единственное, я бы запретила там продавать еду на улице. Я гуляла в парке с ребенком, и через полчаса после того, как привезли палатки с мороженым, парк был замусорен обертками. Туалеты бесплатные поставили - это замечательно, теперь еще мусор надо начать вывозить.

Каждый раз приезжаю на стройку, наблюдаю, как дом растет. Говорят, еще годик надо подождать и можно будет справлять новоселье.

Руслан Нигматулин, футболист:
Для меня стройка года - это дом в Сокольниках, в котором я купил квартиру. Я уже лет 5 жду, когда, наконец, его построят. Я решил вложить деньги в строящийся дом и доверился известной компании. Теперь, как добропорядочный гражданин, жду свою жилплощадь. Очень красивый дом, хочется поскорее туда переехать.

Первый - это заставить гаишников работать нормально (но это, скорее, из области фантастики, даже Лужков не может этого сделать). Второй - более реальный - построить Четвертое кольцо и еще несколько крупных трасс.

Андрей Максимов, телеведущий:
Стройкой года я бы не задумываясь назвал начало строительства Четвертого кольца. Пробки в Москве можно победить двумя способами.

Лариса Рубальская, певица:
В этом году недалеко от моего дома открылся торговый центр Европейский. Там очень весело, хорошо, красиво. Часто хожу туда за покупками, просто поболтаться или с подругой кофе попить. А еще из моих окон видно, как растет Москва-Сити. Ночью открывается великолепный вид - башни все горят разноцветными огнями. Очень красиво.
В Москве возрождается традиция доходных домов: вчера в районе Китай-города открылся первый в послереволюционной России дом-гостиница стоимостью 12,3 млн. долларов. Столичные власти рассчитывают, что затраты окупятся за 8 лет. Но это произойдет в том случае, если найдутся постояльцы, готовые выложить за временное жилье от 2,5 до 12 тыс. долларов в месяц.

Артемий Троицкий, музыкальный критик:
Что мне больше всего бросается в глаза? Московский международный деловой центр Москва-Сити. Впрочем, мне лично от него ни жарко ни холодно. По-моему, в Москве и так много всевозможных бизнес-центров. Что касается того, что действительно важно для города, так это реконструкция Ленинградского проспекта. Я надеюсь, что она рано или поздно будет закончена, тогда по Ленинградке можно будет спокойно ездить на машине.

Реализация проекта была поручена департаменту инвестиционных программ строительства города Москвы (ДИПС). Однако тогдашний закон о жилищной политике позволял арендаторам квартир в доходном доме приватизировать их. ДИПС внес в Мосгордуму и Госдуму предложения по изменению существующего законодательства. В мае 2001 года Владимир Путин подписал закон «О внесении изменений и дополнений в Гражданский кодекс РФ и закон РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», запрещающий приватизацию арендованных у города квартир.

Риелторы считают, что один доходный дом кардинально не изменит ситуацию на рынке аренды элитного жилья, а лишь спровоцирует незначительный рост цен. По прогнозам экспертов, если проект окажется успешным, частные застройщики активизируют свою деятельность в этом сегменте. Квартиры в доходных домах приватизировать нельзя Проект был сделан по образцу доходных домов Бельгии, и минимальный срок аренды квартиры составляет год. Идея строительства доходных домов, весьма популярных в дореволюционной России, возникла у столичных властей еще в 1999 году.

Наниматели-юрлица также будут платить НДС. В доходном доме расположены 4 офисных помещения, парковка на 49 мест с мойками, гостевые стоянки и разгрузочная зона. Перечень услуг, оказываемых за дополнительную плату, весьма широкий: от цифровой телефонной связи до прачечной и доставки билетов на различные мероприятия.

Город хочет заработать на арендаторах
Строительство 47-квартирного дома с особым статусом в Большом Николоворобинском переулке, как сообщили ГАЗЕТЕ в ДИПСе, обошлось в 12,3 млн. долларов. В департаменте рассчитывают, что доходный дом будет приносить около 2,4 млн. долларов в год, за счет этих поступлений вложения в проект окупятся за 8 лет. Арендовать квартиру в этом доме могут как физические, так и юридические лица. Единственное ограничение - платежеспособность. За двухкомнатную квартиру арендаторам придется платить 2,5-3,5 тыс. долларов в месяц, за «трешку» - от 3,2 до 4,8 тыс. долларов, за четырехкомнатную - 4,7-5,7 тыс. долларов, за единственную в доме семикомнатную двухуровневую квартиру - 12 тыс. долларов ежемесячно. Однако это не все расходы: комплексное техническое обслуживание дома обойдется нанимателям в 130-150 долларов в месяц.

Строительство таких домов очень перспективно, в том числе и для частных компаний, которые более динамичны. Отношения жильцов с организацией упрощают процесс, исключают личностное отношение, эмоции». Впрочем, эксперты не исключают, что владельцы элитных квартир теперь будут ориентироваться на ставки аренды, установленные городом.Так что в ближайшее время арендаторам придется столкнуться с повышением цен на квартиры.

Планка поднята
На сегодняшний день арендные ставки на рынке элитных квартир Москвы варьируются от 1,5 до 8 тыс. долларов в месяц. Екатерина Акимова, начальник департамента аренды элитного жилья риелторской компании Panny Lane Realty, отметила: «Этот сегмент рынка развивается очень активно. Мы считаем, что с появлением одного дома на рынке ничего не изменится. Если же это будет достаточно крупная программа правительства, то это повлияет и на цены, и на распределение сил на рынке, и на юридические отношения съемщика и арендодателя.

Многоквартирные дома в Санкт-Петербурге и Москве сооружались предпринимателями в основном в ХIХ - начале ХХ веков. Самое дешевое жилье в московских домах стоило пять копеек за ночь. «Двух- и трехэтажные дома вокруг Хитровки были полны ночлежками, в которых ночевали и ютились до десяти тысяч человек. Эти дома приносили огромный барыш домовладельцам. Каждый ночлежник платил пятак за ночь, а "номера" ходили по двугривенному», - писал Гиляровский в книге «Москва и москвичи».

СПРАВКА
Сама идея создания многоквартирных домов для сдачи в наем пришла еще древним римлянам примерно в III веке до нашей эры. Назывался такой дом инсула (остров). Дома строили из кирпича, в них было по 3-5 этажей. Первые этажи обычно занимали таберны (лавки) и ремесленные мастера, на других жили небогатые простолюдины. Обычно инсулы компоновались вокруг световых дворов и нередко занимали целый квартал.

Больше всех зарабатывал Афремов, владелец доходного дома 19 на Садово-Спасской. В нем было восемь этажей, по тем временам он казался небоскребом, а был построен в 1904 году архитектором Шишковским. Известны доходные дома купца Солодовникова, которые находятся в конце улицы Гиляровского (бывшей 2-й Мещанской), 57 и 6 Один дом был построен для бедных семей, а другой - для одиноких. В доме для малоимущих семей было 183 меблированные однокомнатные квартиры, каждая площадью от 16 до 21 квадратного метра.

Для сравнения: за гривенник можно было доехать из Лефортово в Хамовники, выпить рюмку водки или съесть пирожок. За восемь рублей в месяц можно было снять небольшую квартиру в самом бедном из доходных домов столицы. Эраст Фандорин, герой романа Бориса Акунина, живший в доходном доме, рассчитанном на чиновников средней руки, платил за свою «конурку» 12 рублей в месяц. Маша Миронова из «Любовницы смерти» Акунина снимала квартиру в московском доходном доме за 30 рублей, подсчитывая, что в родном Иркутске «за такие деньги, конечно, можно снять целый дом с садом и прислугой», а в первопрестольной - это то же самое, что одна ночевка в элитной гостинице «Элизиум».

Цены на меблированные комнаты в элитных доходных домах начинались от 100 рублей в месяц, а ежемесячная квартплата в самом шикарном доходном доме Москвы, который располагался на Сретенском бульваре и принадлежал страховому обществу «Россия», достигала порой 500 рублей. В Петербурге цены были еще выше: каморки на Сенной стоили от 20 рублей в месяц, а за комнату с мебелью брали в среднем пять сотен. Сейчас аренда хорошей квартиры на Невском стоит примерно 130 долларов в день.

На каждом этаже находилось 4 кухни с холодной и горячей водой, с отдельными столами для каждой семьи, с холодными кладовыми, русской печью, помещениями для сушки верхнего платья, а также комнатой для прислуги, убиравшей в доме. Жильцы пользовались общей библиотекой, яслями, потребительской лавкой. Стоили такие квартиры 10 рублей в месяц (для сравнения: за такие деньги тогда можно было купить корову).

Напомним, что с 15 января 2007 года гастарбайтеры могут самостоятельно получить в отделениях УФМС разрешение на работу. Для этого гражданам СНГ нужно предъявить паспорт с отметками о пересечении границы, регистрацию по месту жительства в данном регионе России, проект контракта (трудовой договор) с работодателем, медсправку - ее можно занести в срок до 30 дней после получения карточки-разрешения. Работодатели также могут получить разрешения для своих работников. Упрощение процедуры легализации, а также увеличение штрафов работодателям за незаконное использование труда мигрантов принесло свои плоды. В 2006 году регистрацию по месту жительства получил 1 млн иностранцев, в 2007-м - в полтора раза больше. В 2006 году УФМС выдало 150 тысяч разрешений на работу, в 2007-м - 600 тысяч.

В среду на встрече с журналистами глава московского Управления федеральной миграционной службы Федор Карповец подвел итоги 2007 года - особого для миграционной политики России.

На что употребили свои карточки-разрешения еще 200 тысяч их владельцев и сколько в столице может быть гастарбайтеров-нелегалов, чиновник точно не сказал. Но предположил, что нелегалы могут еще прятаться по частным квартирам, где служат няньками, в будках ремонта обуви и т.п. Наверняка и на стройках тоже. Кое-что прояснил пожелавший сохранить анонимность собеседник Известий, который несколько лет занимается мигрантскими проблемами для своей компании.

- При этом увеличения потока иностранцев нет, - заметил Федор Карповец, - обычная ежегодная нагрузка. Правда, из тех 600 тысяч, кто получил разрешение на работу, чуть больше 100 тысяч это право утратили, они не смогли вовремя предоставить медсправки об отсутствии опасных инфекций. Работодатели информировали нас о 300 тысячах трудоустроившихся мигрантов. Отсюда и размер квоты на будущий год, озвученный мэром Москвы, - 300 тысяч.

Как бы то ни было, по данным УФМС, за истекший год московские работодатели перечислили в бюджет в виде налогов с зарплат гастарбайтеров 3,5 млрд рублей. А в 2006 году - всего 8 млн. По экспертным оценкам, в Москве сегодня легально работает половина гастарбайтеров, год назад - всего четверть.
Журналисты газеты International Herald Tribune (США) в рейтинге самых необычных зданий мира одно из первых мест отдали московскому дому-яйцу на улице Машкова. Вот только самим москвичам он не приглянулся - вот уже три года дом выставлен на продажу, а покупателей все нет.

- Легализованы те, кто на виду у милиции, - уверен он, - кто работает на улицах, на транспорте, в магазинах. В частности, уборщики и дворники в частных компаниях оформили документы почти поголовно. Исключение - дворники в ДЕЗах и РЭУ. Есть несколько показательных контор, но в остальных злополучные таджики не имеют даже регистрации. Но милиция их не трогает. Без разрешения на работу и без регистрации по-прежнему остаются почти все строители с юга, которые не выходят за территорию своих строек, и работники разнообразных, чаще подпольных производств, например, швейных и пищевых. Но и у легальных гастарбайтеров не все благополучно. Распространена практика, когда работодатель при трудоустройстве отбирает у мигранта разрешение на работу или не выдает его вовсе, если сам оформлял его в ФМС. В лучшем случае вручает ксерокопию. Такого работника можно штрафовать, снижать ему зарплату задним числом, заставлять работать без выходных. А уволиться он не сможет, потому что по правилам ФМС, если срок разрешения на работу не истек, новая карточка не выдается, даже взамен утерянной. Подозреваю, что нет в Москве фирмы, которая уведомляла УФМС обо всех своих гастарбайтерах - по вполне понятным налоговым соображениям. Важное последствие новых правил - изменение рынка посреднических услуг. Раньше на нем подвизались десятки контор, сейчас осталось порядка пяти. Могу утверждать, что за редчайшими исключениями все работодатели, оформляющие разрешения на работу для своих людей, делают это через посредников. Цена за человека - 4,5-5,5 тысячи рублей. Здесь главная проблема - медицинская. Мигранты, которые получают разрешения сами, в основном проходят реальную медкомиссию - на ВИЧ, туберкулез, лепру и т.д. А тех, кто оформляется через работодателя и, стало быть, посредника, врачи даже в глаза не видят. Справки-то выдают, но по сути фальшивые.

- Тогда все ждали миллениума, юбилея рождения Христа, - рассказал Известиям Гельман. - И у нас появилась идея поставить в Вифлееме родильный дом-яйцо. Но на Земле обетованной реализовать проект не удалось. А на московской почве он прижился. Хотя в первоначальном варианте здание было более современным.

Дом-яйцо придумали архитектор Сергей Ткаченко и галерист Марат Гельман во время одной обеденной беседы в конце 90-х.

Застройщик почти сразу продал здание частному владельцу, а тот уже через пару лет выставил его на продажу. Однако покупателя ищут до сих пор.

Рассказывают, что, получив заказ на проектирование дома у Патриарших прудов, будущие авторы яйца архитекторы Сергей Ткаченко и Олег Дубровский отправились знакомиться с территорией. Сидя в скверике, цитировали Булгакова, его Роковые яйца, и вновь вспомнили о проекте дома-яйца. Но и на Патриарших строить его власти не дали. Яйцо пришлось уменьшить и перенести в переулки рядом с Покровкой, где оно и проклюнулось пять лет назад.

А покупатель не находится. Одних отпугивает не слишком функциональная планировка, скромный для элитной недвижимости метраж (345 кв.м) и соседство с мрачными постройками, которые сдавливают уютное строение. Других смущает цена. Московское яйцо дорожает с каждым годом: если пять лет назад за него просили чуть больше миллиона долларов, теперь цена подскочила до 11 миллионов.

- Хотя расположен он достаточно удач-но, - говорит специалист отдела продаж элитной недвижимости одной из риэлторских фирм Валентина Солохина. - Район Чистых прудов, удачная транспортная развязка. Да и сам дом интересен. Круглые комнаты, отдельный вход, собственный подземный паркинг и небольшая придомовая территория. По сути, это отдельно стоящий особняк со всеми его преимуществами - причем в самом центре Москвы.

А этот дом невольно привлекает внимание. Впрочем, на Западе это никого не смущает. Необычные жилые здания там не редкость. Например, частные дом-мяч, дом-куб, дом-корзину, дом-чайник не только используют для постоянного проживания, но и пускают туда туристов. Москва до этой открытости, похоже, просто не доросла.

- Да, на первый взгляд довольно странно продавать дом по заведомо высокой цене, но это не единичный пример на московском элитном рынке, - говорят эксперты. - Когда продажа недвижимости не является первой необходимостью собственника, так делают многие: мол, купят - хорошо, не купят - тоже неплохо. Многие смотрят на этот дом как на своего рода особняк-игрушку, куда можно ненадолго заглянуть лишь для временных посещений. Но владельцы столь дорогой недвижимости стараются не афишировать такую информацию.

- Когда дом появился, мне предлагали его купить. Тогда он стоил 1,2 миллиона долларов. Но, во-первых, у меня тогда не было на него денег. Во-вторых, меня не устраивала его площадь. А вот дизайн очень понравился. Именно в таком доме и должен жить художник-сюрреалист. Хотя, быть может, это понты. Ведь такие дома чаще всего покупают не для жизни. Если бы он был удобен и комфортен, то все люди жили бы в яйцах - а они в них не живут. Вот и я тогда купил обычную квартиру в многоквартирном доме. Теперь жалею. Ведь жить одному куда лучше, чем с соседями. Да и в этом доме-яйце на подсознательном уровне, наверное, чувствуешь себя более защищенным.

Художник Никас Сафронов: Я не купил этот дом. Теперь жалею



Главная --> Публикации